Трамп против «зеленого курса»: первые этапы

Не секрет, что этого ждали давно. Да и сам Трамп не скрывал своего отрицательного отношения к «зеленому курсу» и климатической политике. Во время первого президентского срока он демонстративно вышел из Парижского соглашения, а во время последней предвыборной кампании раздавал налево и направо интервью, где обещал основательно разобраться с разными «зелеными» инициативами, рьяно поддерживаемыми его главными оппонентами из демократического лагеря.

И вот случилось то, чего многие из нас ожидали: Дональд Трамп, вступив в должность, снова начал выводить США из Парижского соглашения, параллельно подписав меморандум о приостановке строительства морских ветряных электростанций (включая выдачу разрешений на реализацию крупных проектов по возобновляемой энергетике). Произошло это, напомним, буквально через несколько часов после инаугурации.

Еще раз повторим, что данный шаг не стал сенсацией, поскольку Трамп позиционирует себя в роли климатического скептика и открытого противника «зеленого» энергоперехода.  Поэтому подписанный им меморандум по ветрякам никого не удивил. Во время предвыборной кампании Трамп сравнивал их с бельмом на глазу. Принятое им решение распространяется как на морские, так и на наземные ветряки. Как заявлял будущий президент в своих интервью, возобновляемая энергетика слишком дорога и неэффективна, чтобы связывать с ней развитие экономики и удовлетворение растущего спроса на электроэнергию.

По мнению Трампа (о чем он постоянно напоминает), Америка весьма богата нефтью и газом, и именно эти ресурсы необходимо использовать для развития энергетической отрасли. Поэтому новая администрация не собирается заниматься ветряными электростанциями, которые-де вредят морским животным, убивают птиц и уродуют ландшафты. Согласно упомянутому выше меморандуму, приостановка строительства ветряков диктуется не только необходимостью создания «надежных» источников энергии (каковыми в глазах нового руководства ветряки не являются), но также соображениями экологии. Речь в последнем случае идет о защите морской флоры и фауны, чтобы Соединенные Штаты смогли сохранить устойчивую рыбную промышленность для будущих поколений.  При этом, что самое характерное, указанные требования не распространяются на добычу нефти и газа!

В общем, приоритеты новой команды с самого начала были выстроены недвусмысленно и предельно откровенно (чего, например, нельзя сказать о российском руководстве, до сих пор сохраняющем двусмысленность в отношении «зеленого» энергоперехода). Иными словами, Трамп и его соратники прямо пошли против течения, вызвав шквал негативных комментариев в леволиберальных СМИ. Полагаем, преуменьшать последствия такого шага не стоит, поскольку он явно ломает общий сценарий глобального энергетического перехода, на который до сих пор возлагают надежды борцы с глобальным потеплением.

Обратим здесь внимание на один принципиально важный момент. Дело в том, что ключевым условием построения «низкоуглеродной» экономики была вовлеченность частного капитала в соответствующие «зеленые» проекты. В каком-то смысле именно крупный капитал должен был стать драйвером перемен. Как раз по этому пункту намечалось разногласие между «прогрессивными» капиталистами и «реакционными» капиталистами, чьи состояния росли на ископаемом топливе (прямо или опосредованно). Были даже откровенные попытки втянуть крупные нефтедобывающие компании в реализацию «зеленых» проектов и вообще кардинально переформатировать крупный нефтяной бизнес, сделав его «энергетическим» в обобщенном смысле (по сути, диверсифицировав источники дохода, включая строительство СЭС, ветряных электростанций, а также бурение скважин для извлечения глубинного тепла).

Напомним, что на климатическом саммите в Глазго COP-26 был создан «капиталистический» альянс по борьбе с климатическими изменениями – Glasgow Financial Alliance for Net Zero (GFANZ). Данную организацию собирались использовать для привлечения огромных частных капиталов на реализацию целей Парижского соглашения по климату. Речь шла о триллионных суммах! И поначалу всё складывалось хорошо, что давало повод для оптимизма. Некоторые чиновники даже заявляли о том, что создание упомянутой организации является «настоящим прорывом» в деле финансирования борьбы с глобальным потеплением.

Однако второй приход Трампа сразу же поломал игру. Представители крупного капитала начали стремительно подстраиваться под позицию нового президента – «бурить, детка, бурить!». GFANZ тут же «скорректировал» свои требования, отказавшись от безусловной поддержки Парижского соглашения. Кроме того, некоторые крупные компании уже начали покидать ряды членов альянса.  То есть после триумфального возвращения Трампа крупный капитал уже не видит для себя острой необходимости рядиться в «зеленые» одежды. И это обстоятельство вызывает сильную тревогу у искренних борцов с глобальным потеплением. Как мы понимаем, если крупный капитал отринет «зеленый курс», то кто будет лоббировать соответствующие программы и проекты, связанные с возобновляемой энергетикой? Вот что по-настоящему волнует эко-активистов, провозгласивших войну нефтяному бизнесу.

В этой связи необходимо отметить еще один принципиально важный момент, почему-то упускаемый из виду как противниками, так и сторонниками нового американского президента. Критикуя Трампа, борцы за климат изображают дело так, будто проблема с реализацией «зеленых» проектов теперь целиком вытекает из прихоти новой администрации. Дескать, «зеленую революцию» загубили в колыбели мракобесные реакционеры, повинуясь своей злой воле. На самом же деле это далеко не так.

Дело в том, что проблемы «зеленого» энергоперехода имеют совершенно объективные причины, которые борцы с глобальным потеплением до сих пор отказываются признавать. Трамп, по сути, фиксирует документами реальное положение дел, когда останавливает строительство тех же ветряков. Справедливости ради необходимо напомнить, что бурная реализация крупных проектов в области ВИЭ началась в США как раз при Трампе. Именно так! Рекордным в этом отношении стал 2018 год, когда беспрецедентно большое количество частных компаний приняло участие в аукционных торгах по строительству офшорных ветряных турбин у берегов Массачусетса. Несмотря на высокие ставки, интерес к таким проектам оказался огромным. Наблюдатели потирали руки от восторга, предвкушая бурное развитие в США морской ветроэнергетики. По словам одного из них, беспрецедентный интерес к торгам говорит-де от том, что офшорная ветроэнергетика не только пришла в Америку, но и готова к росту. Эксперты ожидали всплеск в течение десятилетия, прогнозируя достижение 10 000 Мвт к 2030 году. Некоторые заявляли о том, будто успех 2018 года говорит о том (внимание!), что эта цель будет очень легко достигнута и даже превзойдена.

И самое показательное для нашей темы: тогдашняя администрация Трампа ничуть не препятствовала этому ажиотажу вокруг морских ветряков и с легкостью предоставляла участки для новый проектов! То есть в те годы, когда продажи морских участков делались по одному свистку, судьба китов и птиц президента не волновала. Что изменилось с тех пор?

Вопреки прогнозам экспертов, развитие морских ветряков в США быстро пошло на спад. Это случилось уже при Байдене. Десятилетнего бурного роста не случилось. В 2023 году вышли публикации, где прямо говорилось о том, что морскую ветроэнергетику в США охватил кризис. А в конце прошлого года начались панические заявления насчет того, что для ветроэнергетики настают мрачные времена из-за повышения издержек и замедления спроса. Дескать, экономика данной отрасли потеряла смысл. По признанию экспертов, установка в море огромных ветряных турбин является очень сложной задачей, из-за чего реализация таких проектов обходится необычайно дорого. По этой причине в США из-за роста затрат было ОТМЕНЕНО несколько таких проектов! Аналогичная картина наблюдалась и в Европе. Например, в Дании, где не так давно ветряные электростанции росли как грибы после дождя, в декабре прошлого года провалился крупнейший аукцион по продаже участков для морских ветряков.

Получается, что Трамп, образно говоря, своим указом просто задокументировал преждевременную «смерть пациента». То есть незадолго до его «волевого решения» частный капитал успел убедиться в том, что участие в подобных проектах не сулит выгоды. В этой связи у нас возникает резонное подозрение, что крупные компании уже успели наиграться в «зеленую» энергетическую революцию и теперь находятся в состоянии переосмысления своих бизнес-стратегий.  И Трамп, скорее всего, выполняет здесь символическую роль. Конечно, возможны и иные причины такого резкого отказа от реализации климатической политики, но в любом случае очевидно то, что все проблемы «зеленого» энергоперехода вытекают из объективных обстоятельств.

Но следует ли из сказанного, что команда Трампа лишь имитирует борьбу с «зеленым курсом»? Отнюдь. Суть проблемы в том, что этот курс не ограничивается только лишь вопросами энергетической трансформации. Хотим мы того или нет, но энергетика прямо сопряжена с экономикой, а в рыночных условиях (которые на Западе пока еще никто не отменял) – с настроениями и интересами частных инвесторов. Как мы уже сказали, когда проекты по возобновляемой энергетике были в тренде, участки под ветряки и солнечные панели распродавались как горячие пирожки. Когда же интерес к ним иссяк, все эти футуристические планы по энергопереходу быстро скисли. Смекалка Трампа тут проявилась в том, что он данную тенденцию хорошо осознал и обставил дело так, будто строительство тех же офшорных ветряков прекратилось исключительно благодаря его высочайшей воле. Однако лично я абсолютно уверен, что если завтра у бизнеса возродится былой интерес к «зеленым» проектам, тот же Трамп сделает всё так, как было раньше. Тем более, не будем забывать, что подписанный им меморандум предполагает не прекращение, а только ПРИОСТАНОВКУ строительства ветряков.

Как раз на этот момент обращают внимание те наши сторонники «зеленого курса», которые и в мыслях не могут допустить, что американское руководство способно реально замахнуться на полный и категоричный отказ от реализации «зеленой» климатической повестки. Я общался с такими людьми, и они постоянно излучают уверенность, что Америка-де совсем не намерена «останавливать прогресс» и двигаться назад в «углеродную эру». Потуги Трампа на этот счет их никак не убеждают в силу указанных выше обстоятельств. То есть отход от проектов в области ВИЭ они воспринимают лишь как паузу, необходимую для того, чтобы изучить негативный опыт Западной Европы и слегка скорректировать всё тот же «зеленый курс», сделав его более реалистичным с точки зрения интереса бизнеса. А так, мол, Америка вместе со всеми остальными странами движется к единой для всех цели – к построению «безуглеродного» будущего во имя спасения планеты от глобального потепления.

Пожалуй, я бы мог с ними согласиться, если бы не одно более принципиальное обстоятельство, связанное со стратегическими целями команды Трампа, которая двинулась в этом вопросе куда дальше, чем кажется некоторым из нас. Энергетические и экономические аспекты «зеленого курса» — лишь преамбула к более амбициозной трактовке стратегических целей. Как следует из некоторых недавних событий, команда Трампа замахнулась на «святое» — она отважилась на критическое переосмысление теоретических и идеологических основ «зеленого курса». А это – именно то, чем сильнее всего дорожат истовые борцы с глобальным потеплением. Остановку проектов ВИЭ они еще простить могут, а вот оспаривание своих главных идеологических постулатов – вряд ли. Но как уже становится понятно, команда Трампа намерена радикально «переформатировать» науку о климате, полностью отказавшись от нагнетания страхов по поводу климатических изменений. Замах весьма серьезный, который уже взбудоражил определенную часть американского научного сообщества (и не только американского).

Здесь придется сделать некоторые разъяснения. Отметим, что в сообществе ученых-климатологов давно уже установился консенсус по двум принципиально важным пунктам: 1) климатические изменения имеют причины антропогенного характера (промышленный выброс парниковых газов); 2) наблюдаемые изменения происходят очень быстро по историческим меркам и будут иметь катастрофические последствия для всего человечества. Этих взглядов теперь придерживается большинство ученых, так или иначе исследующих данную проблему. И лишь небольшое число аутсайдеров (назовем их этим словом) не разделяют этой позиции. Однако их голоса никак не влияют на установившийся консенсус, а тем более – на мировую политику.

Так вот, команда Трампа намеревается перечеркнуть оба пункта, выдвинув на первый план позицию аутсайдеров. По сути, Трамп и его соратники вторгаются в «святая святых» современной науки о климате, что не может не вызвать ропота среди статусных представителей научного сообщества. Стоит напомнить, что исследования климатических изменений и их негативных последствий (именно негативных) с определенных пор щедро финансируются как на уровне отдельных государственных программ, так и на международном уровне (по линии ООН). Конкретно в США в эту работу вовлечены сотни ученых, и потому крутой «климатический» вираж новой администрации может запросто оставить их не у дел. В первую очередь это касается научных сотрудников таких известных правительственных учреждений, как NASA и NOAA (Национальное управление океанических и атмосферных явлений), а также сотрудников сети национальных лабораторий Министерства энергетики США.

Показательно, что американские климатологи забили тревогу сразу же после победы Трампа на выборах. Так, участники конференции Американского геофизического союза высказали опасения, что приход нового президента угрожает им потерей работы. Беспокойство вызывала как сама позиция Трампа в отношении климатической угрозы, так и реальный подвижки, осуществленные им во время первой каденции. Трамп в этом плане оказался «крепким орешком», чьи скептические взгляды на проблему невозможно пошатнуть никакими цифрами и фактами.

Еще до своего президентства Трамп позволял себе насмешливо-ироничные высказывания по поводу глобального потепления. Так, в 2012 году, находясь в Нью-Йорке, он написал у себя в Твиттере, что, мол, сейчас здесь так холодно, что глобальное потепление совсем не помешало бы. Год спустя он прямо объявил глобальное потепление «мистификацией», сославшись на арктический шторм, докатившийся до Техаса. В 2016 году он заявил о том, что климатические изменения в реальности являются лишь очень дорогой формой налога.

В общем, Трамп изначально выступал как типичный климатический скептик, мало разбирающийся в климатологии (что очень характерно для климатических скептиков). Однако с тех пор его взгляды претерпели заметную эволюцию. Теперь он и его команда уже не отрицают самого факта климатических изменений – они просто отметают утверждения насчет негативных последствий этих изменений. И именно этот момент больше всего вызывает обеспокоенность у статусных климатологов. Ведь одно дело – не разбираться в фактах (что очень легко разоблачить), и совсем другое дело – не соглашаться В ОЦЕНКАХ. Если в привычной трактовке глобальное потепление связывается с грядущими апокалиптическими ужасами, то новая команда, наоборот, исходит из того, что климатические изменения пойдут НА ПОЛЬЗУ человечеству. То есть администрация Трампа просто поменяла минусы на плюсы. Причем, она не ограничилась решением чисто теоретических вопросов. Незамедлительно последовали и практические шаги.

В первые же недели началось увольнение климатологов и удаление правительственных веб-страниц, посвященных климатической проблеме. Логика нового руководства совершенно понятна, поскольку в свете данной трактовки глобального потепления так называемое «климатическое регулирование», на которое тратились огромные бюджетные суммы (ввиду предполагаемых угроз), становится совершенно ненужным. В самом деле: если нет никакой угрозы, то тогда не с чем бороться.

Как видим, Трамп и его команда решили «бить в корень». Причем не важно, насколько глубоко новая администрация проникает в суть проблемы. Реально ощутимым бонусом для нее является сокращение государственных расходов. Противники Трампа прекрасно осознают этот сугубо меркантильный аспект проводимой политики, что только лишний раз подтверждает серьезность намерений новой команды. Ведь у нее есть материальный стимул для осуществления такой «климатической ревизии»! К примеру, Агентство по охране окружающей среды (EPA) еще с 2009 года сформулировало в отдельной декларации основные опасности, связанные с выбросами парниковых газов.  Посредством данного документа научно обосновывались меры по упомянутому климатическому регулированию. Как нетрудно догадаться, в число этих мер входили все мероприятия по сокращению углеродных выбросов, что выразилось в принятии соответствующих правил и нормативов.

Фактически, EPA претендовало на ключевую роль в этом процессе, поскольку именно его сотрудники – в силу своих официально признанных компетенций в области климатических изменений – определяли упомянутую нормативную базу. Учитывая «актуальность» такой работы, она имела солидное бюджетное финансирование. Мало того, в рамках «зеленого» энергоперехода EPA обладало реальными рычагами влияния на целые сектора экономики. И, похоже, его сотрудники уже свыклись с этой ролью, считая себя «спасителями» планеты.

Приход Трампа стал для них горькой пилюлей.  И дело даже не в том, что он взялся за урезание расходов. Самым ошеломляющим решением стало назначение нового главы Агентства — откровенного климатического скептика Ли Зельдина. В свое время Ли Зельдин писал у себя в социальных сетях о том, будто теорию глобального потепления выдумали… китайцы, чтобы снизить конкурентоспособность американской промышленности! Правда, не понятно, говорил ли он об этом серьезно или просто так пошутил (подобные шуточки о «китайском» влиянии в свое время отпускал и сам Трамп). Сути дела это не меняет. Важно то, что новый администратор EPA решил аннулировать документ об опасностях, связанных с парниковыми выбросами. Тем самым Агентство выказало намерение наступить «на горло собственной песне». Белый дом уже принял соответствующие рекомендации, предлагающие ревизию установленных федеральных нормативов по климатическому регулированию.

В свете сказанного борцы с глобальным потеплением начали бить в набат, объявив посягательства на упомянутые нормативы «самым агрессивным» действием команды Трампа в отношении всех предыдущих усилий американского руководства по предотвращению климатических изменений. Естественно, американское научное сообщество выступает теперь чуть ли не единым фронтом против такой политики, обвиняя новую команду в некомпетентности, граничащей с мракобесием. Особое раздражение, как мы понимаем, вызывает попытка властей заручиться поддержкой ученых-аутсайдеров, выступавших против консолидированной позиции статусных климатологов.

В числе этих аутсайдеров на первое место выдвигается Дэвид Легатс – бывший директор Центра климатических исследований Университета Делавэра. Он получил скандальную известность категоричным отрицанием антропогенных причин климатических изменений. По его логике, если климатические изменения имеют естественные причины, то меры по борьбе с глобальным потеплением окажутся ненужными, неэффективными и даже вредными с точки зрения экономики. По убеждению этого ученого, паника вокруг глобального потепления разгоняется исключительно ради того, чтобы правительства вводили ограничительные нормативы, которые приведут к значительным экономическим последствиям. Сам Легатс считает, что климатические изменения не только не несут угрозы, но даже полезны для человечества, в то время как климатическая политика не принесла людям ничего, кроме вреда.

В общем, совершенно понятно, кто теперь является для администрации Трампа главным научным консультантом по климатическим вопросам. Интересно отметить, что Легатс сотрудничает с так называемым Корнуоллским альянсом – группой консервативных христианских ученых, посвятивших себя делам просвещения общественности и просвещения политиков относительно Библейских принципов управления Землей. Судя по всему, как раз таких ученых администрация Трампа намерена вывести из «маргинального» состояния, повысив их статус и, возможно, наделив кого-нибудь из них определенными полномочиями.

Еще одним важным ревизионистским шагом со стороны Трампа и его команды стала недавняя публикация скандального отчета Министерства энергетики США, посвященного разбору проблемы парниковых выбросов (отчет опубликован здесь: https://www.energy.gov/sites/default/files/2025-07/DOE_Critical_Review_of_Impacts_of_GHG_Emissions_on_the_US_Climate_July_2025.pdf).

Документ вызвал большой резонанс среди ученых и политиков, причем, не только в США. В частности, там ставились под сомнение катастрофические сценарии развития климатической ситуации. Дескать, климатические модели преувеличивают скорость и масштабы негативных изменений. Сам парниковый эффект и его глобальное влияние не отрицаются, однако оценки по дальнейшему развитию ситуации достаточно сдержанные. По сути, доклад (на который, безусловно, будет ссылаться действующая администрация при выработке стратегических решений) в определенной степени отражает хорошо известную позицию критиков климатического алармизма.

Здесь особый интерес представляет один откровенно «еретический» фрагмент, посвященный влиянию углеродных выбросов на сельскохозяйственное производство. О положительном влиянии углекислого газа на рост растений пишут достаточно много. Ученые и аграрии на этот счет осведомлены достаточно хорошо. Доказывать такое влияние – всё равно, что ломиться в открытую дверь. Углекислый газ, например, весьма широко используется в современных тепличных хозяйствах в качестве «углеродного» удобрения, содействуя повышению урожайности почти на треть.

Логично было бы предположить, что и повышение концентрации CO₂ в атмосфере также благоприятно сказывается на урожайности. В принципе, данный тезис особо не оспаривается. И всё же ему не придается серьезного значения при выработки стратегий развития, за которые отвечают политики. В контексте нынешнего глобального курса на достижение углеродной нейтральности углекислый газ оценивается исключительно как «загрязнитель» атмосферы, и любые попытки искать в нем какие-либо положительные моменты на корню пресекаются как «ересь» борцами с глобальным потеплением.

Именно по этой причине общественность широко информируют о страшных угрозах усиления парникового эффекта, намеренно упуская из виду положительные стороны. По крайней мере, этим положительным моментам не приписывается какого-либо социального и экономического значения. Дескать, углекислый газ благоприятен для роста растений, но это никак не отражается на улучшении ситуации в сельском хозяйстве, поскольку-де хорошо будут расти не только сельскохозяйственные культуры, но также и сорняки. А кроме того, глобальное потепление, возникшее из-за роста концентрации CO₂, усиливает влияние целого комплекса негативных факторов: вредителей, болезней, аномальной жары, засухи и т.д.

Как правило, борцы с глобальным потеплением сосредотачиваются именно на этих негативных факторах, которые якобы не просто нивелируют положительные эффекты, но и многократно их превосходят. Вся политика декарбонизации строится именно на этом нарративе – ничего хорошего об углекислом газе! Несомненно, здесь мы сталкиваемся с отклонением от научной объективности. По этой причине все исследования, показывающие положительное влияние парникового эффекта на сельское хозяйство, не принимались во внимание руководителями многих стран и, соответственно, не оказывали серьезного влияния на принятие решений на международном уровне (например, в руководящих структурах ООН).

Так вот, упомянутый отчет Министерства энергетики США обозначил по данному вопросу коренной перелом. В данном случае использовались некоторые выкладки недавнего исследования ученых Гарвардского университета, специально изучавших влияние глобального роста концентрации CO₂ на продуктивность сельскохозяйственных культур на территории США.

Исследователи обращают внимание на одну странную особенность: послевоенный рост урожайности заметно превышал рост американской экономики в иных секторах, не связанных с сельским хозяйством. Почему именно в сельском хозяйстве произошел такой взрывной рост производительности? Обычно это связывают с так называемой «зеленой революцией» в сельском хозяйстве, где начали активно использоваться минеральные удобрения, пестициды и новые продуктивные сорта.

Однако, по мнению авторов исследования, современные агротехнические приемы не в состоянии объяснить реальную прогрессию в плане роста урожайности. К примеру, урожайность кукурузы в США с 1940 года увеличилась в ШЕСТЬ РАЗ! Урожайность бобовых и пшеницы – в три раза. До середины прошлого столетия урожайность оставалась неизменной. Рост производительности в фермерском секторе США был в два раза ниже, чем в иных отраслях, но, начиная с 1950-х годов, ситуация стала резко меняться в противоположную сторону, и в конце концов производительность на американских фермах на 62% превысила показатели роста остальных секторов. В итоге производство сельхозпродукции в Америке увеличилось в несколько раз, хотя совокупное количество используемых для этого ресурсов осталось почти на прежнем уровне. В данном случае речь идет о земле, о рабочей силе и капитальных затратах.

Понятно, что ирригация, механизация, химизация и успехи в области селекции способствовали росту производительности в сельском хозяйстве. С этим никто не спорит. Однако указанная прогрессия, полагают авторы, слишком высока для того, чтобы списать всё на более совершенную агротехнику и более совершенные сорта. Должен быть какой-то дополнительный ПРИРОДНЫЙ фактор, который создавал весьма благоприятные условия для столь фантастически успешного применения революционных технологий. 

Таким фактором, по их убеждению, как раз и стал рост концентрации углекислого газа в земной атмосфере. Если сопоставить данные, то выяснится, что рост производительности в сельском хозяйстве определенным образом коррелирует с параллельным ростом концентрации углекислого газа в земной атмосфере (на который обращают внимание ученые-климатологи). Общий вывод таков – рост концентрации углекислого газа серьезно посодействовал глобальной продовольственной безопасности.

Этот вывод, безусловно, крайне неудобен для политиков, ведущих борьбу за декарбонизацию. Тем не менее, для команды Трампа такие исследования оказались весьма востребованными, и именно их отражает упомянутый отчет Министерства энергетики США. Понятно, что для борцов с глобальным потеплением перечисленные в нем утверждения граничат с ересью, за которую они бы с превеликом удовольствием отправили на костер авторов данного документа. В их адрес уже прозвучали угрозы судебных разбирательств. Но тот факт, что подобные вещи делаются с «благословения» главы государства и его приближенных, обещает весьма нестандартное продолжение этой истории.  

Чем она завершится, говорить пока еще сложно. Но ясно одно: намерения новой президентской администрации по данному пункту вполне серьезны, и все ее действия в указанном направлении продиктованы не вопросами пиара, а вполне искренней убежденностью в своей правоте и столь же искренним неприятием сложившегося «климатического консенсуса». Насколько прочным окажется сопротивление борцов с глобальным потеплением, покажет время. Последуют ли этому примеру руководители других стран, загадывать также не будем. На сегодняшний день стараниями команды Трампа Америка взяла на себя роль идеологического аутсайдера. Не по всем вопросам, конечно же. Но по вопросам «зеленого курса» — однозначно.